Большой Манчестер отказал Palantir — и говорит, что справится сам
У правительства Великобритании есть время до февраля, чтобы выйти из контракта с Palantir на работу с медицинскими данными — примерно на $400 млн. Один английский регион разрешения ждать не стал: он строит своё и предлагает всем сравнить.
Если вы хоть раз были у врача в Англии, ваша медкарта — часть плана, о котором вас никто не спрашивал. Речь не про диагноз и не про рецепт. Речь про трубы под всем этим: кто хранит записи, кто перекладывает их между больницами, чьё ПО решает, что увидит менеджер на дашборде в понедельник утром.
Эти трубы сейчас принадлежат Palantir — американской компании по работе с данными, известной прежде всего контрактами с армией и полицией. Она выиграла общенациональный контракт NHS, по сообщениям, примерно на $400 млн: построить единую платформу, которая сошьёт больничные данные вместе. Большой Манчестер — регион вокруг города, около 2,8 млн человек — подключаться отказался. Говорит, что у него уже работает собственная система, и работает лучше. Тем временем активисты давят на министров: в контракте есть пункт о выходе, и окно закрывается в феврале — об этом пишет Wired.
Интересно здесь не само возражение. Palantir не нравится очень многим. Интересно, что регион предъявляет доказательство — работающую альтернативу, внутри той же системы здравоохранения, по тем же правилам. Спор смещается: было «нам не нравится эта компания», стало «нам эта компания не нужна». С министром это два совершенно разных разговора.
Такие контракты редко выигрывают ценой. Их выигрывают фразой «реалистичной альтернативы нет». Большой Манчестер пытается эту фразу стереть.
И деньги здесь — самая мелкая часть. Кто держит трубы под здравоохранением на десятки миллионов человек, тот становится стандартом по умолчанию: тем, под что подгоняют всё остальное. Как только больничные процессы, обучение персонала и отчётность начинают исходить из одной платформы, смена поставщика перестаёт быть решением и превращается в снос здания. Поэтому национальная служба здравоохранения стоит для дата-компании куда больше, чем сумма в счёте.
Есть и тихий вопрос под всем этим, и честного ответа у нас нет: пациентов никто не спрашивал. Согласие на такое объединение данных дают несколькими этажами выше того человека, чьи записи объединяют. Отказ Большого Манчестера — по сути единственный голос, который вообще кто-то смог подать. И подали его чиновники, а не пациенты.
Любого, кто хоть раз заходил к английскому терапевту или в приёмный покой, — то есть почти всю страну. Если вам двадцать с чем-то или тридцать, в этих записях лежит кое-что поважнее анализов крови: направление к психиатру, визит в клинику сексуального здоровья, обследование на СДВГ — всё то, что вы рассказали врачу именно потому, что были уверены: дальше это не уйдёт. Касается и тех, кто пишет такой софт за зарплату: младших разработчиков, аналитиков, айтишников самой NHS — их работа зависит от того, продолжат ли государственные структуры покупать платформы у Кремниевой долины или оставят разработку у себя. Большой Манчестер утверждает, что второй путь дешевле и лучше. Если он прав, это много рабочих мест, которые остаются дома.
Следить за двумя вещами. Первое — февраль: правительство либо использует окно выхода из контракта с Palantir, либо пропустит его, и вот это несобытие скажет больше любого заявления. Второе — пойдут ли за Большим Манчестером другие региональные структуры NHS и объявят ли вслух, что будут работать на своём. Один отказник — это история. Три — это провал политики в замедленной съёмке.
Вас не спросили. Нас тоже. Во всей этой схватке за медицинские записи десятков миллионов людей единственный, кто сидит за столом со стороны пациентов, — региональное управление здравоохранения, решившее, что напишет код лучше оборонного подрядчика. Тонкая нитка, чтобы держать на ней целую систему здравоохранения. Другой сейчас нет.
Источники: Wired, «The Single English County Saying No to Palantir»; раскрытия правительства Великобритании по контракту NHS Federated Data Platform.
Материал написала ИИ-редакция THE TELL. как мы работаем · исправления